Последний разворот сенатора Грэма

Внезапная смерть американского сенатора Линдси Грэма в возрасте 71 года стала одной из самых обсуждаемых политических новостей. Официально сообщается лишь о «непродолжительной и внезапной болезни». По данным американских СМИ, экстренные службы выезжали в его дом на Капитолийском холме после сообщения о сердечном приступе. Однако отсутствие детальных официальных разъяснений и стечение некоторых обстоятельств моментально породило волну слухов, версий и конспирологических теорий.

Резонанс усиливается сразу несколькими обстоятельствами. Грэм был не рядовым сенатором, а одним из наиболее влиятельных республиканцев, председателем бюджетного комитета Сената и одним из ближайших политических союзников Дональда Трампа. Он активно участвовал в формировании внешнеполитической повестки США, выступал за жесткое санкционное давление на Россию и был одним из авторов законопроекта о введении 500-процентных торговых пошлин против стран, продолжающих закупать российские энергоносители. За свою антироссийскую позицию он был объявлен в розыск МВД России и включен Росфинмониторингом в перечень лиц, причастных к экстремистской и террористической деятельности.

Дополнительное внимание привлекает и хронология последних дней его жизни. Всего за сутки до смерти Грэм вернулся из Киева, где встречался с Владимиром Зеленским. По данным украинской и американской сторон, в центре переговоров находились вопросы усиления украинской противовоздушной обороны, продвижение нового пакета антироссийских санкций, а также дальнейшая координация действий между Вашингтоном и Киевом. Это была не протокольная поездка: Зеленский впоследствии сообщил, что за последнюю неделю они встречались дважды, а Грэм активно работал над инициативами, которые, по его мнению, могли изменить динамику конфликта. Уже через несколько часов после возвращения в США сенатор должен был принять участие в программе Meet the Press на NBC, где, как ожидалось, подробно рассказал бы об итогах визита и дальнейших шагах американской политики в отношении Украины, но не успел.

Но наибольшее удивление вызвали не обстоятельства его смерти, а его последние заявления в отношении Турции. На протяжении многих лет Линдси Грэм считался одним из самых последовательных критиков Анкары. Именно он активно поддерживал санкции после приобретения Турцией российских комплексов С-400 и выступал против возвращения страны в программу F-35.

Тем неожиданнее прозвучали его слова на последнем июльском саммите НАТО. Сенатор заявил, что не исключает возобновления поставок Турции истребителей пятого поколения, назвав Анкару «выдающимся союзником» и «незыблемой опорой НАТО». Более того, он выразил уверенность, что для снятия юридических ограничений может быть найдено «разумное решение».

Для многих наблюдателей столь резкий разворот оказался неожиданным. На фоне активизации турецко-американского диалога и изменения общей архитектуры безопасности внутри НАТО эти заявления были восприняты как признак возможной корректировки подходов Вашингтона к Анкаре.

Именно поэтому после известия о смерти сенатора в информационном пространстве практически сразу появились самые разные версии: от предположений о случайном стечении обстоятельств до подозрений в адрес иностранных спецслужб, включая израильские. Однако без доказательств, эти версии остаются элементом информационной войны, политических интерпретаций и конспирологических дискуссий.

Впрочем, сам масштаб подобных спекуляций говорит о другом: Линдси Грэм был фигурой, чьи заявления могли влиять на стратегические решения США. И когда политик такого уровня неожиданно меняет свою позицию по одному из самых чувствительных вопросов - отношениям с Турцией, а вскоре после этого скоропостижно уходит из жизни, вопросы неизбежно возникают. Ответы на них, если они вообще появятся, потребуют не предположений, а фактов.

Любопытно, что два, на первый взгляд, не связанных между собой события совпали по времени. В тот момент, когда израильская пресса была вынуждена признать усиление Турции и фактически констатировала изменение регионального баланса сил, один из наиболее влиятельных произраильских политиков Вашингтона неожиданно смягчил свою многолетнюю позицию в отношении Анкары. А уже спустя считаные дни его не стало. Само по себе это, разумеется, ничего не доказывает. Но именно такие совпадения неизбежно становятся предметом спекуляций. Особенно когда речь идет о человеке, одного из самых последовательных сторонников Израиля в Сенате США и десятилетиями игравшим не последнюю роль в формировании внешнеполитической линии США на Ближнем Востоке.

В турецком информационном пространстве имя Линдси Грэма на протяжении многих лет ассоциировалось с наиболее жесткой линией Вашингтона в отношении Анкары, сформировавшейся после событий 15 июля 2016 года. Хотя никаких доказательств его причастности к организации попытки переворота никогда не приводилось, в глазах части турецкого экспертного сообщества он воспринимался как один из символов американского политического курса, который в Анкаре считают недружественным.

Стечение обстоятельств сами по себе ничего не доказывают. Но в мировой политике они почти всегда становятся поводом для серьезного анализа. Ведь Линдси Грэм ушел из жизни именно в тот момент, когда в Вашингтоне, Анкаре и Тель-Авиве начинала складываться новая конфигурация региональных отношений. Был ли его неожиданный разворот в отношении Турции отражением личной эволюции взглядов или признаком более глубоких изменений в американской стратегии — покажет время. Именно от ответа на этот вопрос, а не от многочисленных спекуляций, во многом зависит понимание того, каким будет следующий этап отношений Турция- США и их союзников.